«Вы здоровы!»: Красноярские медики не заметили у годовалого малыша опухоль в 12 сантиметров

Анастасия Бодрая
А после и вовсе хотели лечить его без протокола

Внимательными синими глазами Кирюша смотрит на маму, вертя в руках то плюшевого мопса, то футбольный мячик. Белесые волосы малыша топорщатся во все стороны. Бережно мама Алена их приглаживает, но проходит несколько минут и они вновь принимают свое привычное положение. Меньше месяца назад жизнь семьи Григорьевых разделилась на «до» и «после». У годовалого Кирюши нашли опухоль, при этом Красноярские медики твердили: «Мальчик здоров»…

Не увидел – не знал

Животик у Кирюши начал расти. Родители сначала думали, что это обычные «газики» и не стоит даже во этому поводу переживать. Но в какой-то момент папе не показалось, что там есть какое-то уплотнение, да и на несварение мало похоже. А как раз в августе, буквально через несколько дней, у Кирюши должен был состояться плановый осмотр врачей в детской поликлинике КГБУЗ КГДП №2. На приеме Алена подробно рассказала хирургу Якушевичу о плотном животике. Медик осмотрел мальчика, но каких-либо отклонений так и не нашел. Алена вышла из медицинского учреждения со справкой: «Здоров».

- Мой муж все равно беспокоился, - вспоминает те события Алена, – Он мне говорил, что нужно найти причину, ведь само уплотнение так и не проходило. Как? Как он мог на осмотре поставить, что ребенок здоров? Я не могу этого понять до сих пор…

В субботу Алена вместе с супругом решает ехать к дежурному врачу-хирургу. Опасения подтверждаются – опухоль. Весь выходной родители таскали Кирюшу из кабинета в кабинет: анализы, рентген. Вечером узиолог обнаружил, что новообразование уже достигло практически 11 сантиметров(!).

- Врач порекомендовал нам госпитализацию в детскую краевую больницу, так как консилиум в ХО 20-ой КБ собрать он не может из-за отсутствия оперирующих докторов на кафедре, - припоминает Алена, - Тем же вечером мы были госпитализированы в краевую больницу.

К концу недели опухоль правой почки выросла еще на сантиметр – это показало КТ брюшной полости с контрастом. Врачи красноярского краевого клинического центра охраны материнства и детства диагностируют: нефробластома или «опухоль Вильмса» (под вопросом).

- Нам сделали КТ легких, метастаз не было обнаружено, - голос Алены слегка подрагивает, – Врачи в краевой нам сказали, что опухоль неоперабельная и ее нужно «гасить» химией. Нам вшили в грудь порт, чтобы начать все процедуры. На следующий день к нам в палату зашел онколог, который сообщил, что завтра уже начнется первый блок.

Алена оторопела. Женщине показалось странным, что информация, полученная от заведующего Давида Чубко и лечащего врача Ярусова о состоянии дел, диагнозе и дальнейшем лечении была противоречива по срокам и действиям. Складывалось впечатление, что никого консилиума не проводилось, либо на нем не было принято конкретного решения по лечению. При этом химия вот-вот уже завтра.

- Нам не была сделана ни биопсия, ни гистология и поставлен диагноз под вопросом, то есть сами врачи не были в нем уверены. От чего нас хотели капать? Не было никакой конкретики. Кирюшу тошнило, он практически не ел. Тогда я решила искать помощь по всевозможным центрам, и нас пригласили на консультацию в Израиль. Мы практически не думали ни о чем, просто взяли и поехали, - торопливо рассказывает Алена.

Кирюшу сразу же согласились оперировать. Операция, конечно, сложная - на момент прилета опухоль у мальчика выросла практически до 16 сантиметром. Но медики руки не опустили, уже через четыре дня Алену вместе с сыном выписали из больницы. Все прошло успешно.

- В краевой больнице нам вшили порт – система, которая ставится в подключичную вену. Оказалось, что она не рабочая, израильские медики не смогли даже взять через нее кровь. Да и еще паспорт системы даже не заполнили врачи! – от негодования Алена на несколько секунд прерывается, потом продолжает чуть спокойнее, – Они вставили порт не туда, то есть эта операция (а она проводилась под анестезией) не была даже нужна. Просто нас потравили лишний раз.

Результат биопсии показал, что у Кирюши не «опухоль Вильмса», как предполагали в Красноярске, а светлоклеточная саркома.

- Знаете, - Алена заговорила чуть тише, – Я не могу понять врачей, которые нас лечат даже без ознакомления с протоколом лечения и результатами гистологии, которых вообще не делали.. Саркома – более агрессивный тип рака, он быстрее растет и быстрее дает метастазы. Всего в химиотерапию и для Вильмса, и для Саркомы входят 4 препарата, но только один из них используется при лечении и там, и там. Остальные попросту разные. Я боюсь об этом даже думать, что бы случилось с Кирюшей, если бы остались в Красноярске?

Только не связываетесь с журналистами

Проходить лечение в Израиле совсем недешево. Поэтому семья решила сразу обратиться к Минздраву по Красноярскому краю, а точнее написать жалобу на имя Министра здравоохранения Красноярского края Бориса Немика. Со слов Алены, аудиенции добивалась бабушка Кирюши. 

- Моя мама все рассказала ему, - говорит Алена, – Немик покивал на всю историю, сказал, что разберется. И сразу попросил не обращаться к журналистам, мол они и так нам со всем помогут.

Предложение от г-на Немика поступило, действительно, привлекательное. Семье Григорьевых пообещали выбить КВОТу в ФГБУ НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева Минздрава России. А также что Кирюшей займутся лучшие специалисты того центра. Только пусть Алена вместе с малышом возвращаются. Времени на решение практически нет. Действовать нужно быстро.

- Он нам пообещал золотые горы. Конечно, будь все так, мы бы согласились. Лечение в Израиле дорогое, а тут родная страна как-никак.

Предложение озвучено, для связи г-н Немик оставил телефон своего заместителя. И все. Больше недели от них ни ответа, ни привета. Тогда бабушка Кирюши решает позвонить сама – ведь нужно что-то делать. На все вопросы женщины отвечают: «Что вы мне звоните с бестактными вопросами? Знаете сколько таких, как вы? Чем я вам могу помочь? Нам все равно».

- Что бы было, если бы мы поверили и улетели? С чем бы мы остались? — вопрошает Алена, – Страшно, правда…

Алена приглаживает непослушные волосы Кирюши. Семья решает остаться в Израиле. Вчера у мальчика прошел первый день химиотерапии. Столь жизненно необходимый.  Спонсировать лечение ребенка за рубежом отказываются все российские фонды: просят обратиться в следующем году или и вовсе говорят, что им не до малыша. Кирюша будто улавливает разговор, смотрит внимательно, а потом улыбается.

Чиновники отмалчиваются, пока родители борются за жизнь единственного ребенка. Г-н Немик снова погружен в свой плотный график и, судя по всему, не собирается выполнять обещания. Говорить хоть о малейшем наказании врачей и вовсе не приходится. Куда родителям бежать, когда сам министр здравоохранения по Красноярскому краю закрывает на все глаза? И всего-то за несколько месяцев это третий случай, который происходит в Краевой больнице Красноярска.

Редакция READOVKA просит прокуратуру и СК провести проверку в отношении врачей краевой больницы, действия которых, только за полгода чуть не погубило «Все это время опухоль росла в моем сыне»: красноярские медики предпочли отдых жизни ребенкаШестилетний Влад теперь неоперабелен как минимум ТРОИХ детей. «Мам, скажи, я умираю?» Красноярские медики на глаз диагностируют онкологию у детейНекомпетентность врачей уже искалечила жизнь 6-летнего Влада и 8-летней Даши  О результатах данной проверки просим сообщить редакции.

Мы будем внимательно следить за судьбой Кирюши. Если вы хотите помочь, то можете обратиться в группу помощи для малыша .

Сбербанк - 4276 3100 1744 6750 Кирилл Владимирович Г. или по номеру 8 923 334 37 77 (папа Кирюши)

Использованы материалы следующих авторов:

Бывший муж погибшей при ДТП с участием Ксении Собчак обратился к журналистам и всем любопытствующим

Марина Рассолова

Он рассказал о том, как узнал о трагедии и что происходит сейчас в семье, а также о предстоящих похоронах.
Никто из окружения Екатерины Тарасовой, погибшей в аварии с участием Ксении Собчак, не знает так называемых «подруг», которые комментируют ситуацию после аварии и участвуют в ток-шоу. В семье произошла трагедия, и во время скорби близкие видят обилие лжи, которая льется с экранов. Антон Тарасов, бывший муж Екатерины, рассказал журналисту Readovka, как обстоят дела на самом деле: дочь Екатерины живет у него, ходит в школу, занимается с младшей сестричкой. Про смерть мамы она уже знает. Антон Та

...

Красноярским медикам, которые предпочли отдых жизни ребенка, ничего не будет

Анастасия Бодрая

При этом не было сделано ни одной экспертизы.
Ни Следственный комитет, ни МВД по Красноярскому краю за полгода так и не нашли состава преступления в действиях врачей, которые еще в мае предпочли отдых жизни ребенка. Отказ в возбуждении уголовного дела несколько дней назад получил отец Влада Белякова. Удивительно, но судя по имеющимся в редакции документам сотрудники полиции так и не сделали ни одной медицинской экспертизы, чтобы доказать вину или оправдать действие врачей. При этом такое количество доказательств бравые правоохранители пос

...
Подписаться
Новости партнеров


наверх