Мать-одиночка из Казани несколько лет бьется за жильё для тяжелобольного сына

Кристина Слободчикова
“Сначала дожидались, когда не станет мамы, а теперь ждут, когда не станет Ильдара”

Уже более двух лет Лилия Гисматуллина — мать-одиночка из Казани, пытается добиться предоставления квартиры её тяжелобольному сыну. Но местные власти упорно отказываются давать бедным людям то, что им положено по закону: не получить не то что квартиру, но и даже субсидию.

Ильдар Гисматуллин родился с тяжёлым диагнозом, у него энцефалотригеминальный ангиоматоз или синдром Штурге-Вебера. Болезнь проявляет себя в виде неоперабельной опухоли сосудов головного мозга и сопутствующих левостороннего гемипареза, оперированной глаукомы, интеллектуальной недостаточности и локализованной симптоматической эпилепсии. Врачи предупредили мать, что ее единственный сын не проживёт больше года и посоветовали оставить ребёнка в роддоме, но об этом не шло и речи. Ильдар выжил, сейчас ему 15.

Отец новорожденного мальчика такой самоотверженностью не отличился, поэтому, узнав о диагнозе сына, тут же ушёл из семьи. Мать осталась один на один со своим горем.

«Я долго не могла смириться с этой ситуацией, но как только приняла её, научилась с этим жить. Бывает, что я плачу, но стараюсь не унывать. Уныние — тяжкий грех», — делится с RT воспоминаниями Гисматуллина.

С полуторамесячного возраста Ильдар на постоянной основе наблюдается в стационаре неврологического отделения Детской республиканской клинической больницы Министерства здравоохранения Республики Татарстан. До 6-ти лет он часто переживал сильнейшие приступы эпилепсии, «реанимация» почти стала ребёнку родным домом. Сейчас два раза в год мать и сын ложатся в больницу, а затем на 21 день в хоспис, но это при хорошем раскладе. Иногда в медучреждениях приходится бывать чаще.

Несмотря на тяжкую болезнь, Ильдар хорошо учится, участвует в различных конкурсах и даже занимает в них призовые места. Кроме того, мальчик носит звание «Ребёнок доброй воли», так как помогает своему хоспису. Иногда он сталкивается с жестокостью окружающих, но мама учила его не обращать на это внимания.

«Я не прошу хоромы в центре города»

Людям с таким диагнозом, как у Ильдара, во время приступов необходимы покой и тишина. Лилия говорит:

«Когда он болеет, в комнате никто не должен находиться. Он закрывает голову руками и целыми днями спит. Отказывается от еды, его рвёт. Всё это очень тяжело проходит».

Но необходимых условий в квартире Гисматуллиных добиться невозможно, потому что, помимо матери и сына, там прописаны бабушка мальчика, тётя и старший двоюродный брат. В «двушке» приходится ютиться вчетвером: в одной комнате Лилия и Ильдар, в другой — сестра Лилии с сыном.

По законодательству, больному ребенку положено отдельное жилье. В 2018 году Гисматуллина впервые подала документы на улучшение жилищных условий, но чиновники в постановке на учёт ей отказали, ссылаясь на местные законы.

В конце июня у матери Лилии диагностировали рак печени в 4 стадии, и семье стало совсем невыносимо. Нервные потрясения от вида мучений умирающей бабушки вызывали у Ильдара всё новые и новые приступы, медлить было нельзя. Гисматуллина снова обратилась за жильём и снова ей было отказано. Причина: семья не нуждается в улучшении жилищных условий, так как на каждого члена имеется 14,27 кв.метра, что больше, чем установленные 12.

Через несколько дней после второго отказа мать Лилии умерла, и женщина подала в суд. Гисматуллиной отказали в 3-й раз, причина та же — вам не положено. Данное решение опротестовал прокурор Вахитовского района города Казани, и 27 августа 2019 года Ильдара приняли на учёт.

Местным властям требования прокуратуры были «до лампочки», давать несчастной семье квартиру они снова отказались. Лилия возмущается:

«Они обманывают, издеваются и затягивают сроки, подвергая опасности моего ребёнка. Сначала дожидались, когда не станет мамы, а теперь ждут, когда не станет Ильдара. Как говорится, нет тела — нет дела. Но мы собираемся очень долго жить. Долго и счастливо».

В феврале прокурор подал в суд на местный исполком. На заседании было принято следующее решение:

«Право на обеспечение жильём инвалида может быть реализовано только посредством получения субсидии».

Субсидию должен предоставить Минтруд Республики Татарстан. Туда обратились RT, но в ответ их отправили в «соответствующий муниципалитет», а Минтруд РТ назначает субсидии только малоимущим гражданам. В местной администрации у семьи стали требовать справку о доходах, но Лилия говорит, что их нельзя считать малоимущими, так как они вдвоём с сыном живут на 25 тысяч рублей.

«Я бы хотела задать вопрос мэру нашего города или президенту республики: почему наши дети лишаются права на получение защиты от государства? Не знаешь, к кому обращаться, кто защитит. Я не прошу хоромы в центре города. Я прошу выдать моему тяжелобольному ребёнку то, что предписано законом».

Эксперты утверждают, что решение Верховного суда незаконно и в данный момент проверяется. Также Гисматуллина сообщает, что обращалась за помощью к экс-депутату Госдумы Александру Седякину и к зампреду комитета ГД по вопросам семьи, женщин и детей Оксане Пушкиной. Они не раз направляли запросы в прокуратуру в интересах Ильдара. Лилия находится на грани отчаяния.

Сказка на ночь. Почему нельзя доверять падению статистики по коронавирусу в России?

Катерина Смирная, Арсений Соколов

О том, как наша провинциальная медицина с китайской заразой боролась.
Привет, ридовчанин (если слышишь это обращение впервые, не пугайся — так мы называем своих читателей), это сотрудники Readovka — Катерина Смирная и Арсений Соколов. Мы двое в лоб столкнулись с российской медициной во время пандемии коронавируса, и пишем этот текст, потому что нам есть, что сказать.***Глубинный народ достаточно скептически относится

...

«К вашему дедушке никто не подходит, он уже давно покойник»: что происходит за кулисами главного коронавирусного госпиталя Смоленска?

Мария Язикова

Медикам некогда не то, что лечить пациентов, но и сообщать об их смертях родным.
Клиническая больница №1, что в Смоленске на улице Фрунзе, приковала к себе внимание жителей всего региона, став передовой в борьбе с пандемией коронавируса. На медиков легла дополнительная нагрузка: лечить сотни заражённых пациентов приходится в условиях, когда даже вакцины от болезни ещё нет. В такой ситуации госпитализация в инфекционное отделение стала восприниматься смолянами как отправка в последний путь, причем как для инфицированных COVID-19, так и для страдающих от других недугов. Поч

...
Подписаться
Новости партнеров


наверх