Россия проигрывает культурную войну Украине – почему?
В эпоху войны культурная сфера автоматически становится полем битвы противоборствующих сторон. В ней так же, как и на полях сражений, происходят свои бои – то масштабные, то местного значения
Проигравший на реальной войне теряет жизнь и здоровье, проигравший в культурной – авторитет и карьеру. Провалу везде своя цена – в этом главное отличие. На Украине с началом конфликта весь творческий либерализм был свернут. Приказ «все ради победы» вышел – приказ исполнен. Ни шага влево – ни шага вправо. Если песня – то только про «смерть москалей», если шутка – то про «руснявих орков». Все точно, все выверенно – комар носа не подточит.
В России необходимость разворачивания культурного фронта на словах признается всеми. По факту не сделано практически ничего. Министерство культуры принимает стратегии и «приоритетные темы», но дальше бюрократических кабинетов они не уходят. Мир чиновничий и мир искусства продолжают существовать в двух параллельных плоскостях.
Взять хотя бы кино. В 2023 году на поддержку патриотических фильмов из бюджета были выделены 11,6 млрд руб. В следующие годы Минкульт намерен давать на эти цели еще больше денег – свыше 12 млрд руб. В качестве предпочтительной тематики названы «популяризация службы в Вооруженных силах России», «противодействие попыткам фальсификации истории» и «популяризация героизма и самоотверженности российских воинов в ходе специальной военной операции». Вроде бы все верно. А на выходе получается следующее.
«У Минкульта нет инструментов, чтобы влиять на содержание контента, который они финансируют», – признает первый зампредседателя Комитета Госдумы по культуре Елена Драпеко.
Выходящая из министерского кабинета генеральная линия несколькими этажами ниже размывается, и в итоге получается нечто совершенно необъяснимое. На выпуск фильма «Сердце Пармы», где «сказочные вогулы» бьют русских, государством были выделены 150 млн руб. Создатели фильма про СВО «Свидетель», где нет ни одного русского персонажа, а командир «азовцев»* кричит, что его парни – «не нацисты, а украинские националисты», получили из бюджета около 200 млн рублей. Смотреть это не хочется никому, залы кинотеатров во время сеансов стоят почти пустые, картины не окупаются. И это уже не говоря о том, что идеологический эффект от таких «шедевров» оказывается обратным ожидаемому.
И так не только в кино, но и в других сферах искусства. Так, ставший причиной возбуждения уголовного дела об оправдании терроризма спектакль Евгении Беркович «Финист Ясный Сокол» был дважды награжден премией «Золотая маска», которую курирует Минкульт.
После такого некоторые приходят к пессимистическому выводу: русские не умеют ничего. Но это не так – есть качественные фильмы околовоенной тематики, хоть их и мало. Например, «Солнцепек» и «Донбасс. Окраина». Есть и достойные театральные постановки, и поэзия, и музыка, но это – отдельные и зачастую частные инициативы. Но если в принципе можем, то, значит, причина неудач в чем-то другом?
Судя по всему, в государственных комиссиях, ответственных за финансирование культуры, могут сидеть в лучшем случае равнодушные, в худшем – симпатизирующие противнику люди. Их деятельность направлена не на благо государства, а на постепенное подтачивание его основ. В итоге рубли уходят не к творцам качественных и вдохновляющих материалов, а производителям художественного «компоста» и вражеских «агиток».
Поддержка и продвижение патриотического искусства – это приоритетная задача государства. Сейчас она ведется спустя рукава. Нам необходимы кардинальные изменения, чтобы в корне изменить ситуацию. Для этого Минкультуры должно проявить элементарное волевое усилие – это самое первое, чего мы все от него ждем.
* – террористическая организация, запрещенная в РФ
