Евгений Норин: Зачем пехота понадобилась в современной армии
В реальности роль обычных стрелков оказалась архиважной
Нынешняя война вызвала новый виток дискуссии о «похоронах пехоты». Не только блогеры с дивана, но и военные на поле боя обсуждают возможное низвержение «царицы полей» с ее трона из штыков. Действительно, положение пехотинца на современном поле сражения выглядит чуть ли не жалко: над головой висят дроны – и наводящие артиллерию, и ударные; точность ударов даже из-за линии горизонта резко выросла.
Один из воюющих сейчас бойцов сформулировал емко и жестоко: «Роль пехоты в современном конфликте между равными соперниками – это ловить лицом снаряды в окопах. Нет разницы, чем и как ты вооружен, как подготовлен и мотивирован, – арте, ракетам и БПЛА глубоко безразлично, кого убивать. Профессиональная пехота, если артиллерия и прочие дистанционные убивалки с штабом работают вменяемо, не нужна».
Трудно не вспомнить, что пехотинца хоронят уже далеко не первый раз. Бесполезность пехоты в наступлении пытались обосновать еще в Первую мировую войну, когда некоторое время господствовала концепция «Артиллерия разрушает, пехота занимает». Обоснование было примерно тем же самым: дронов еще не было, но вот огневой вал артиллерии уже существовал.
По опыту мировых войн стало понятно, что самостоятельная, способная вести бой в наступлении и обороне пехота – это по-прежнему хребет армии.
«Даже наш рывок весны-22 на севере показал, что если у тебя нет пехоты, у тебя нет ничего. Арта может уничтожать противника, смешивать его с землей, но территорию занимает и удерживает только пехота», – заметил бывший солдат и действующий военный волонтер.
Он же отмечает любопытную особенность нынешнего конфликта: «Если все сделано правильно, противник просто не успевает отреагировать. Поэтому успешные штурмы вполне возможны и практикуются обеими сторонами. Удержать, на самом деле, сложнее. Недаром у «Вагнера» группы вторых-третьих эшелонов зачастую несли большие потери, чем, собственно, штурмовики».
Многие наблюдатели объясняют происходящий позиционный кризис неумением российских и украинских вооруженных сил вести «современную войну». Однако похоже, что дело больше в универсальных законах военного дела, и сейчас со старых наставлений и аналитических отчетов пришлось сдувать пыль просто потому, что впервые за долгое время воюют большие армии индустриальных государств (на Украине вместо собственной индустрии работает западная помощь). В реальности пехоту оказалось рано хоронить, и, более того, без нее полноценные боевые действия невозможны. Другое дело, что ее надо уметь готовить – в смысле обучать. Сделать штурмовиков из 100 процентов солдат нереально. Но 20-30% пехотинцев, обученных действовать на современном, перенасыщенном средствами наблюдения и поражения поле боя, по-прежнему оказываются решающей силой. Такой, без которой современная армия просто не функционирует.
